ИЗДАЕТСЯ ПО БЛАГОСЛОВЕНИЮ ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕННЕЙШЕГО МИТРОПОЛИТА ТОБОЛЬСКОГО И ТЮМЕНСКОГО ДИМИТРИЯ

№12 2014 г.         

Перейти в раздел [Документы]

Как научиться любви

Многие сказки заканчиваются словами: «Они жили долго и счастливо и умерли в один день». Далеко не все живут счастливо, хотя многие живут долго. И в один день умереть не все сподобляются. Кто-то из супругов умирает первым, и если он прожил свою жизнь благочестиво, с верою, ему хорошо в Царствии Небесном. А тот супруг, который остается на земле, страдает от разлуки, мучается, переживает.



Любовь к умершим


Любовь сильнее смерти, и Господь утешает в любой скорби и страдании и учит, как переживать трудности. Молодому человеку, который собирается жениться, нужно быть готовым к тому, что он с женой не умрет в один день, и смерть прервет это общение с любимой. Но любовь «крепка как смерть» (Песн. 8:6) и даже сильнее смерти.

Как сказал святитель Амвросий Медиоланский о своем умершем брате: «Я не лишился общения с тобой, но только переменил его, прежде не разделен был от меня телом, а теперь духом пребываешь со мной и навсегда пребудешь».

Каждая суббота в православном богослужении посвящена поминовению усопших, но в некоторые субботы за умерших молятся особенно. В России такие субботы называют «родительскими». В такие дни мы собираемся, чтобы вместе помолиться о наших усопших. В храме святого благоверного царевича Димитрия при Первой градской больнице после службы мы остаемся на трапезу, вспоминаем о тех, кто ушел от нас в мир иной и рассказываем друг другу то, что помним о них. Для нас это не дни скорби, а дни радости, дни напоминания того, что смерти нет, что в Господе мы сохраняем общение с нашими дорогими близкими. Как я уже говорил, в Православной Церкви большинство священников имеют семью, жену и детей. Я тоже был женат и был посвящен в епископы после смерти жены, тогда, когда всех своих четырех дочерей выдал замуж.

Моя жена София умерла от рака почти четверть века назад. Она не боялась смерти и только говорила, что ее страшат мучения от боли. Не всегда у нас в России можно достать обезболивающее, чтобы человек не страдал. Она этого боялась, но, по милости Божией, сильные наркотики понадобились только в последние три дня.

Ее спрашивали: «Соня, а за детей ты не боишься, на кого ты их оставляешь?» Она отвечала: «Я оставляю их на Матерь Божию». Господь не посрамил ее веру: у моих четверых дочерей 16 детей, у них замечательные мужья. И хотя, конечно, в семейной жизни всегда есть трудности, можно сказать, что у них семейная жизнь сложилась счастливо. Конечно, это произошло по молитвам матери, которая их очень любит. Три моих дочери, у которых родились девочки, назвали своих дочерей Софиями в память своей мамы. Если у четвертой родится дочь, она тоже будет, конечно, Софией.

Я никогда не видел свою жену во сне после ее смерти. Некоторые хотят увидеть умерших, но я никогда к этому не стремился. А вот моя дочь увидела ее во сне. Ей тогда было десять лет. Моя жена сказала ей: «Ты неправильно молишься» и показала, как нужно молиться. Она прочитала молитву «Отче наш»: внимательно, не спеша, произнося каждое ее слово. Моя дочь проснулась очень радостная, потому что увидела маму, по которой очень скучала. Во все трудные моменты жизни мои дочери и я всегда обращались к моей жене с просьбой помолиться о нас.

В то время, когда смертельно болела моя жена, меня попросили помочь открыть храм в Первой городской больнице Москвы. Незадолго до смерти моя жена сказала: «Если я умру, то храм откроют». Она так думала, потому что понимала, что для меня ее смерть будет трагедией, и молилась, чтобы Господь послал мне утешение в открытии этого больничного храма. И когда храм открыли, замечательный подвижник, великий старец иеромонах Павел (Троицкий) написал мне: «Это все за тебя твоя матушка ходатайствует» («матушкой» в России называют жену священника, которого самого называют «батюшкой»).

Сразу после смерти моей жены я пережил удивительное состояние. Я очень переживал за нее и, когда она умирала, молился, чтобы скорее кончились ее мучения, а смерть была бы освобождением от страданий.

После ее смерти я ушел в сад и там долго сидел один. Я испытал удивительное чувство приобщения к другому миру. Не было никаких зримых образов, звуков, мыслей, и в то же время я чувствовал освобождение от переживаний, страданий и скорби. Когда человек умирает и идет к Богу, то он освобождается от всего, что его тяготит, мучает, волнует. Мне казалось, что я сопутствовал моей жене в ее переходе в вечность. Первое время было даже радостно за нее, за то, что окончились ее страдания. У меня было много друзей, прихожан, которые поддерживали меня, единственно, тяжело было видеть наших осиротевших дочерей. Но потом мне стало совсем тяжело: все уже привыкли к тому, что ее нет, а я стал очень тяжко страдать. Хотелось просто — ну, не знаю — кричать, выть. Потеряла вкус еда, мир как будто стал черно-белым.

Меня спасло только то, что тогда открылся храм в больнице, и я часто посещал больных и умирающих. Отец Павел (Троицкий) написал мне: «Хорошо, что храм открылся, видя страдания других, ты забываешь о своей скорби». Я тогда сравнивал свое состояние с человеком, у которого отрезали ногу. Но потом я подумал, что ведь эта нога у Бога. С одной стороны, на земле плохо без ноги, а с другой, одной ногой я уже в Царствии Небесном.

Теперь эта рана у меня зажила и я радуюсь, что моя жена сумела за 15 лет, прошедших после ее крещения, совершенно изменить свою жизнь. На моих глазах она прошла трудный путь от атеизма к очень сильной, живой вере. Многих людей она привела к вере. Многие помнят и любят ее, мы собираемся на ее могилке в день ее именин, в день ее кончины.

Кроме жены, я пережил смерть своих трех внуков, они родились с сердечной патологией, несовместимой с жизнью. Каждый из них прожил всего несколько дней. Я их крестил и причащал. В Православной Церкви младенцев причащают не с семи лет, а сразу после крещения Святой Кровью. Очень тяжело было видеть, как страдают обреченные умереть новорожденные младенцы. Но, конечно же, я верю, что эти младенцы в Царствии Небесном, и что они тоже могут мне помочь, если я буду молиться о них и буду их просить о помощи. Мне написали икону Спасителя, на которой у ног Христа изображены три молящихся младенца в белых одеждах — это мои внуки. Утром и вечером я молюсь перед этой иконой.

Смерть — это не конец любви, только любовь делается иной. Смерть — это переход в другой мир, но мы сохраняем общение с нашими усопшими, когда молимся о них, участвуем в Божественной литургии, совершаем в память о них добрые дела.



Любовь Божия


Любовь между людьми — это отраженный свет Любви Божией. Человек не является источником любви, как Луна не является источником света, а светит отраженным светом Солнца.

Мы узнаем о Любви Божией из слов Евангелия, мы познаем эту Любовь из обстоятельств нашей жизни, но наиболее полно эта Любовь открывается нам на Божественной литургии. Эта служба совершается в воспоминание Господа нашего Иисуса Христа. Ощутимо для наших умов и сердец Он является нам, Распятый и Воскресший, наш Царь и Учитель. Он омывает наши души от скверны греха, как некогда омыл ноги ученикам на Тайной Вечери, и дает нам как Хлеб Свое Тело, в веках ломимое, страдавшее на Кресте и вознесенное одесную Бога и Отца; дает нам как сладкое вино Кровь из Своих ран, изливаемую за весь мир. На этой службе мы благодарим Бога и вспоминаем все Его благодеяния, бывшие в нашей жизни и в жизни всего человечества, но главное — мы вспоминаем Страдания и Смерть Спасителя, потому что в этом наиболее полно является любовь Бога к нам. Слова, действия и символы Литургии являют нам страдания и Смерть Сына Божиего, Господа нашего Иисуса Христа. Во время приготовления Святых Даров из главной просфоры священник специальным ножом, напоминающим копье, вырезает среднюю часть, которая на Литургии станет Телом Христовым. Хлеб, теряя форму круга, означающую совершенство Божества, приобретает форму куба. Этим символически изображается умаление, кенозис Иисуса Христа: то, что Господь «уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной». (Фил. 2:7,8).

Эта часть просфоры, которая называется Агнец, надрезается крестообразно в воспоминание Распятия Христа со словами: «Приносится в жертву Агнец Божий, подъемлющий грех мира, за жизнь мира и спасение». Затем этот Хлеб прокалывается в воспоминание того, что воин копьем пронзил ребра Распятого Христа, и в чашу вливается вино и вода. Над Святым Агнцем устанавливаются две соединенные металлические дуги. Они называются звездицей в память о Вифлеемской звезде. Но соединены они крестообразно и тем напоминают, что Родившегося ждет Крест, что Христос пришел в мир на страдания за весь человеческий род. «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16).

В особые моменты Литургии священник молится, воздевая руки, напоминая о том, как на Кресте распростер руки Христос. Крест образуют руки священника или диакона, когда он возносит Святые Дары перед их преложением в Тело и Кровь Христа. На Литургии Сам Господь одновременно приносит Себя в жертву и принимает ее, как говорится в священнической молитве: «Ты приносящий и приносимый, и приемлющий, и раздаваемый, Христе Боже наш».

Вспоминая о Страданиях и Смерти Сына Божиего, мы приобщаемся к Его Любви. На Литургии святителя Василия Великого после освящения Святых Даров священник молится такими словами: «Твой мир и Твою любовь даруй нам, Господи Боже наш».

Совершением Литургии Господь призывает нас подражать его Любви. Мы должны быть хлебом друг для друга, сладким вином, а не горькой настойкой.

При совершении Евхаристии происходит удивительное чудо. Это чудо так объясняет византийский богослов XIV в. святой Николай Кавасила: «…священные Таинства — Тело и Кровь Христовы, составляющие истинную пищу и питье Церкви. Когда она причащается Даров, она не преобразует их в человеческое тело, как происходит с обычной пищей человека, но сама изменяется в них, так как высшая и Божественная стихия преодолевает земную».

Это означает, что, когда мы вкушаем обычную пищу — хлеб, вино, — то эта пища становится нашим телом, эта пища образует в нас кровь, как, скажем, вино. Когда же мы вкушаем Причастие, то мы принимаемся Богом, мы становимся Телом Христа. Нас омывает Кровь Христа, мы становимся частью Его Тела. Мы становимся причастны Ему, соединяемся с Ним. При вкушении маленькой частички Тела Христова мы делаемся малой частью Его Тела, которое есть Церковь.

Без участия в этом Таинстве невозможно быть полноценным членом Церкви, без участия в этом Таинстве невозможно проникнуть в тайну того, зачем пришел на землю Христос, в тайну Его Любви, невозможно получить силу исполнять Его заповеди, невозможно научиться любить друг друга.

Епископ Орехово-Зуевский
Пантелеимон
Диакония.ru/Патриархия.ru

[ ФОРУМ ] [ ПОИСК ] [ ГОСТЕВАЯ КНИГА ] [ НОВОНАЧАЛЬНОМУ ] [ БОГОСЛОВСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ]

Статьи последнего номера На главную


Официальный сайт Тобольской митрополии
Сайт Ишимской и Аромашевской епархии
Перейти на сайт журнала "Православный просветитель"
Православный Сибирячок

Сибирская Православная газета 2021 г.